Субъекты социальной деятельности. Субъекты социальной системы

Основатель теории социального контроля Г. Тард, обозначив объект социального контроля – лица с антиобщественным поведением, к сожалению, оставил без рассмотрения вопрос о субъекте социального контроля, указав лишь на то, что индивидом управляют ценности. Однако кто определяет эти ценности, не становится ясным из его концепции. Его последователи не оставили этот вопрос без внимания. В частности, подход Э. Росса, как уже упоминалось ранее, дает следующее представление: субъект социального контроля – элита, агент – общество, а объект – индивид.

Позиция А. Грамши, позволяет рассматривать в качестве объекта социального контроля общество; субъектом социального контроля может выступать любая социальная группа, претендующая на установление социальной гегемонии. Однако, непосредственно осуществлять воздействие на культурное ядро общества и способствовать завоеванию гегемонии призвана интеллигенция, которую А. Грамши называл «приказчиками» господствующей группы» .

Макаревич Э. и Карпухин О. в своей книге в качестве объекта социального контроля рассматривают общество. Говоря о субъекте, они выделяют два уровня: первый уровень субъектов составляют «властные структуры, организации, фирмы, компании», второй – «их службы по связям с общественностью» .

Необходимо отметить, что субъекты социального контроля представляют собой обособленные от общества институционализированные общности , обладающие собственными потребностями , на удовлетворение которых они нацелены. Однако, существует и такая категория участников социальных отношений, которая с одной стороны осуществляет воздействие на объект социального контроля, а с другой реализуют не свои собственные интересы, испытывая воздействие со стороны субъекта.

Некоторыми исследователями это обстоятельство не учитывается, и они данную группу участников социальных отношений относят к субъектам . Для того, чтобы избежать подобной неточности представляется целесообразным различать собственно субъектов социального контроля, реализующих в процессе социального контроля свои интересы, и агентов социального контроля, реализующих в процессе социального контроля интересы субъектов.

Под агентом социального контроля понимается несамостоятельный субъект социального контроля, реализующий функции субъекта социального контроля по отношению к его объектам на основании делегированных основным субъектом социального контроля полномочий. Реализуя интересы основного субъекта социального контроля, агент действует в рамках делегированных им полномочий сам, выступая по отношению к нему в роли промежуточного объекта социального контроля.

О. Шпенглер, характеризуя распределение власти в массовом обществе, отмечал: «Все решается небольшим количеством людей выдающегося ума, чьи имена, может быть, даже и не принадлежат к наиболее известным, а огромная масса политиков второго ранга, риторов и трибунов, депутатов и журналистов, представителей провинциальных горизонтов только поддерживает в низших слоях общества иллюзию самоопределения народа» .

Итак, социальный контроль как элемент социального управления осуществляется в процессе субъект-объектных отношений между субъектами и объектами социального управления . Неотъемлемым признаком социального контроля является управленческое воздействие, в процессе осуществления которого его субъекты преследуют свои субъективные интересы, а объекты – адаптируются к объективным условиям формируемой в процессе социального контроля социальной среды . Анализ социального контроля предполагает исследование сущностных особенностей, приобретаемых в процессе взаимодействия участниками социальных отношений.

Потребности субъекта в осуществлении социального контроля обусловлены спецификой его функционирования (жизнедеятельности), в связи с чем они поддаются нескольким вариантам классификации.

Одним из факторов, обеспечивающих статус субъекта, по мнению С.С. Андреева, является наличие собственности. Хотя такой подход, как отмечалось ранее, несколько узок, тем не менее, позволяет нам выделить три основных вида качественно различающихся между собой субъектов социального контроля исходя из возможности и особенностей их реализации права собственности. Все они исполняют роль собственников преимуществ, обеспечиваемых социальной организацией.

Первый вид представлен социальными элитами, которые являются властвующими общностями, удовлетворяющими в процессе социального управления индивидуальные потребности своих членов. В рамках субъект-объектных отношений они реализуют право владения ресурсами общества и плодами социальной организации. Социальные институты выступают для них в качестве механизма, обеспечивающего удовлетворение индивидуальных потребностей.

Социальные элиты представляют собой высшую ступень социального управления и не являются по этой причине объектом социального контроля. Удовлетворение индивидуальных потребностей членов социальных элит (прежде всего – потребности в самореализации) ведет к их индивидуализации и обособлению от общества. Социальный контроль призван обеспечить легитимность такого обособления.

Второй вид субъектов данной группы – административный аппарат, это сотрудники социальных институтов, выполняющие делегированные им в процессе социального управления функции. В рамках субъект-объектных отношений они реализуют свое право распоряжения общественными ресурсами от имени социальных институтов. Удовлетворение их индивидуальных потребностей производится социальными элитами в обмен на выполнение делегированных им функций социального управления.

Одновременно являясь объектом социального контроля со стороны социальных элит и субъектом социального контроля по отношению к обществу, административный аппарат выступает в качестве агента социального контроля. Удовлетворение индивидуальных потребностей сотрудников административного аппарата ведет к их деиндивидуализации и ассимиляции с внутренней средой социальных институтов. Социальный контроль выступает важнейшей функцией административного аппарата.

Социальные институты – третья разновидность – являются формальными структурными образованиями, призванные обеспечить легитимное существование социальных элит. Вместе с тем, как обособленные формирования, они обладают своими ресурсами, потребностями и интересами. В рамках субъект-объектных отношений социальные институты реализуют право пользования общественными ресурсами от имени общества.

Социальные институты выполняют роль обезличенного носителя социальной справедливости. Однако потребности социальных институтов складываются как из потребностей их собственного существования, так и из потребностей социальных элит и административного аппарата. Формально социальный контроль над обществом осуществляется от имени социальных институтов.

Совпадение объекта социального управления и объекта социального контроля является, по утверждению Е.А. Кочерина, принципиальным моментом для понимания сущности контроля . Сделаем небольшое уточнение: каждый объект социального контроля является одновременно объектом социального управления, но не каждый объект социального управления является объектом социального контроля.

Та же особенность присуща соотношению понятий «субъект социального управления» и «субъект социального контроля», что позволяет применить для классификации субъектов социального контроля тот же критерий, по которому классифицировались субъекты социального управления (см. Гл. I., § 2) и выделить две их разновидности: экономические субъекты и административные субъекты.

Первый вид – экономические субъекты социального контроля – представлен хозяйствующими субъектами, осуществляющими свою деятельность в сфере экономических отношений. Экономическая сфера их деятельности определяет специфические особенности социального контроля в рамках субъект-объектных отношений. Так, например, задачи социального контроля здесь сводятся к формированию благоприятного имиджа компании, стимулированию покупательской активности и продвижению товаров средствами рекламы и пропаганды.

Потребности экономических субъектов социального контроля также выражаются в основном финансовыми показателями. Социальный статус этих субъектов определяется их экономическими возможностями.

Важной особенностью экономических субъектов социального контроля является отсутствие этнической стадии их становления. В своем развитии эти субъекты либо сразу переходят от межличностной организации к внеличностной социальной организации экономического типа (фирма, предприятие, компания), либо создаются при непосредственном участии социальных элит.

Другой особенностью является то, что экономическая элита не скрывает от общества своей роли в социальной организации внутренней среды своего института. Право собственности экономической элиты охраняется законом, обеспечивающим легитимность ее исключительного положения. Поэтому в ходе социального контроля члены экономических элит одной из важнейших задач ставят отождествление имиджа социального института со своим собственным имиджем в глазах общества.

Все экономические субъекты социального контроля можно разделить на два подвида по критерию институционализации:

а). Предпринимательские субъекты представляют собой переходную форму между межличностным сообществом и социальным институтом. Особенность этой формы заключается в том, что предпринимательские субъекты приобретают свойства социальных институтов сразу, как только занимают монопольное положение в одной из сфер экономической деятельности. Однако чаще всего они находятся в жестко конкурентной среде и не проявляют себя в качестве самостоятельных социальных институтов. При осуществлении социального контроля их деятельность обычно регулируется общеобязательными нормами, не подразумевающими наличие каких-либо социальных преимуществ.

б). Корпоративные субъекты представляют собой продукт социальной организации. В большинстве случаев они возникают в результате передачи в монопольное пользование корпоративной элите прав на обеспечение жизненно важных потребностей общества. Особенность этого подвида экономических субъектов социального контроля заключается в том, что они представляют собой разновидность деятельности социальной элиты высшего уровня управления. В процессе социального контроля корпоративные субъекты способны самостоятельно формировать окружающую среду вокруг себя и удерживать монопольное положение в обществе.

Второй вид субъектов этой группы – административные субъекты социального контроля. Они представлены административными органами власти, осуществляющими свою деятельность в сфере социального управления по территориальному принципу. Сфера административного управления определяет специфические особенности социального контроля в рамках субъект-объектных отношений. Задачи социального контроля здесь сводятся к формированию благоприятного имиджа органов власти, снятию социального напряжения в обществе и обеспечению незыблемости социальных отношений.

Потребности органов административного управления выражаются статистическими показателями и, как правило, не отражают реальных потребностей стоящих за ними элит. Социальный статус этих субъектов определяется их административными полномочиями.

В отличие от экономических субъектов социального контроля социальные элиты этих субъектов образуются на базе пришедших к власти, легитимизировавшихся и институционализировавшихся этнических элит. Административные элиты чаще всего являются наследственными общностями и сохраняют этнические связи в ходе межличностного взаимодействия.

Приоритет этнических связей вынуждает социальные элиты скрывать от общества реальные процессы, протекающие в сфере институционального управления. Поэтому в ходе осуществления социального контроля общества одной из важнейших задач является формирование в нем убеждения в демократичности и социальной справедливости сложившихся социальных отношений.

Все административные субъекты социального контроля в государствах федеративного типа можно разделить на три подвида:

а). Федеральные субъекты представлены административными органами власти федерального уровня социального управления и их подразделениями на местах. Федеральные субъекты обладают всей полнотой власти, как в отношении общества, так и в отношении экономических субъектов, а также в отношении административных органов нижестоящих уровней .
Это обстоятельство определяет характер социального контроля в рамках субъект-объектных отношений. Задачи социального контроля здесь сводятся к поддержанию социальной стабильности, обеспечению легитимности социальной системы в целом и управляемости обществом .

б). Региональные субъекты представлены административными органами власти регионального уровня социального управления. Региональные субъекты обладают властными полномочиями, относящимися к решению проблем регионального значения в рамках полномочий, делегированных им федеральными субъектами.
Характер социального контроля в рамках субъект-объектных отношений определяется здесь стремлениями региональной элиты к обеспечению своей легитимности в глазах федерального центра посредством общественной поддержки на местах. Задачи социального контроля на уровне региональных субъектов сводятся к распространению своего контроля на все сферы общественной жизни региона, обеспечению легитимности существования региональных элит и к распространению их влияния на все сферы социальных отношений.

в). Муниципальные субъекты представлены административными органами власти местного уровня социального управления . Формально муниципальные субъекты не входят в систему органов государственного управления, представляют собой форму самоорганизации территориальных сообществ и обладают властными полномочиями только при решении вопросов местного значения . Однако фактически их деятельность (ресурсы, возможности, полномочия) определяется и контролируется региональными субъектами социального управления, а сами они являются независимыми от общества самодостаточными социальными институтами (в промежутке между выборами).

Характер социального контроля в рамках субъект-объектных отношений обусловлен потребностями функционирования социальных институтов и необходимостью легитимизации элиты в глазах местного сообщества. Задачи социального контроля на уровне муниципальных субъектов сводятся к пропаганде ими своей деятельности по жизнеобеспечению территорий и к мобилизации общественных усилий на решение проблем местного значения.

Каждый из этих подвидов субъектов подразумевает наличие во главе социальных институтов соответствующих социальных элит, обладающих высокой степенью легитимности и самостоятельности при распоряжении социальными ресурсами. Все они по-своему обособлены от общества (постоянно или в промежутке между выборами), обладают своими специфическими источниками ресурсов, отдельной инфраструктурой и властными полномочиями.

Существуют также псевдосамостоятельные субъекты социального контроля (политические, культурные, религиозные и др.), действующие в сфере идеологического влияния на общество. Такие субъекты демонстрируют обществу формальную самостоятельность, но по сути своей деятельности являются разновидностью административных агентов социального контроля. Они не обладают ни собственными ресурсами, ни самостоятельностью в принятии кадровых решений и выполняют совершенно определенную социальную функцию. Эта функция заключается в подмене этнического содержания соответствующей деятельности социальным содержанием и в недопущении передела власти конкурирующими этническими элитами.

Кроме того, следует выделить глобальные субъекты социального контроля как самостоятельную разновидность субъектов социального контроля административного вида, характеризующиеся особенной присущей только им спецификой социального управления. Глобальные субъекты выполняют две основных функции социального контроля:

1) выступают проводниками интересов глобальных элит, делегировавших им часть полномочий государственного уровня социального управления;

2) выступают в качестве носителей своих интересов (элитарных, административных и институциональных), ограниченных имеющимися социальными полномочиями.

Преимущества этих субъектов социального контроля заключается в уникальности выполняемых ими функций глобального управления (ООН, МВФ, МОК и др.), делающих их деятельность объективно востребованной на всех уровнях государственного управления. Недостатком этих субъектов является их ресурсная, организационная и статусная зависимость от страновых элит высшего уровня государственного управления, делегировавших им социальные полномочия глобального управления .

Институционально-индивидуальные потребности не только субъектов, но и объектов социального контроля являются отправной точкой отсчета при изучении потребностей, обусловливающих процесс социального контроля. Несмотря на то, что параметры удовлетворения потребностей объектов социального контроля определяются его субъектами, от конечной заинтересованности объектов социального контроля в социальном управлении зависят его характер, цели и направленность.

Объекты социального контроля представляют собой членов общества и социальные институты , в отношении которых осуществляются меры социального контроля. Это воздействие призвано обеспечить добровольное принятие объектами контроля социальных ценностей и следование установленным правилам поведения.

В качестве объектов социального контроля выступают общество, административный аппарат, элитарные сообщества, социальные и экономические институты, глобальные формирования. Рассмотрим их более подробно.

Общество представляет собой универсальный объект социального управления, который участвует в социальных отношениях с любым видом субъектов социального контроля (социальными институтами), обладающих монопольным правом или возможностью присвоения общественных ресурсов и регламентации отдельных сфер жизни общества.

Административный аппарат выступает в качестве объекта социального контроля только в отношениях с элитой социального института. В отношениях с другими объектами социального управления административный аппарат выступает в роли субъекта – агента – социального контроля, подконтрольного исключительно только соответствующей социальной элите.

Элитарные сообщества характеризуются формальным (социальные элиты) или неформальным (этнические элиты) статусом и влиянием в обществе. Все эти сообщества существуют в качестве этнических общностей внутри или вне социальных институтов . Поэтому субъектом их социального контроля выступают неформально заинтересованные социальные элиты. Формальный социальный контроль социальными институтами тоже применяется, но вне волевого решения вышестоящей элиты он неэффективен.

Социальные институты выступают в качестве объекта социального контроля только в отношениях с административным аппаратом социального института высшего уровня социального управления, в функциональные обязанности которого входит определение параметров институциональных формирований низших уровней.

Экономические институты выступают в качестве объекта социального контроля только в отношениях с административным аппаратом органов социального управления, если речь идет о предпринимательских формированиях, и только в отношениях с социальными элитами, если речь идет о корпоративных формированиях. От иных формально институционализированных объектов социального контроля (политических, религиозных и прочих) их отличает наличие самостоятельных ресурсных возможностей.

Политические, культурные, национальные, религиозные и иные подобные формирования в качестве объектов социального контроля не рассматриваются по следующим причинам: во-первых, как социальные формирования они создаются в процессе выполнения социального заказа государственной элиты и в этом качестве представляют собой разновидность административного аппарата (агента социального контроля), специализирующегося на снятии социальной напряженности в обществе.

Во-вторых, как этнические формирования они самоорганизуются на базе общества и в этом качестве представляют собой этнические сообщества, деятельность которых направлена на замещение формального социального контроля неформальным этническим контролем, но это уже совсем другой процесс.

Глобальные формирования являются объектом социального контроля только в отношениях с делегировавшими им функции глобального управления социальными элитами. В отношениях с социальными институтами они выступают в качестве надгосударственного субъекта социального контроля (например, Европейский суд по правам человека).

В отдельных случаях может наблюдаться ситуация, когда, например, корпоративный субъект десоциализует чиновника путем дачи взятки, вмешиваясь в отношения между ним и соответствующей социальной элитой. Однако это скорее исключение, поскольку, во-первых, социальный контроль осуществляется путем уголовного преследования провинившегося, а во-вторых, подобные вопросы гораздо эффективнее решаются на уровне социальных элит, но не функциональных исполнителей.

Объекты социального контроля могут находиться в социальных отношениях сразу с несколькими субъектами. Они составляют основную часть окружающей среды социальных институтов и значительную часть их внутренней среды. Вместе с тем, участие общества и его институтов в социальных отношениях в качестве объектов социального управления определяет возможность (и потребность) осуществления социального контроля над ними.

Различные виды объектов социального контроля обладают разным социальным качеством. Это делает возможным применение к ним разных схем классификации в зависимости от специфики их взаимоотношений с субъектами социального контроля.

По расположению относительно субъекта социального контроля можно выделить два вида объектов: внутренние и внешние.

Первый вид объектов социального контроля находится внутри социальных институтов, выполняет отдельные функции социального управления, но не владеет социальными ресурсами. Потребность в их социальном контроле обусловлена необходимостью повышения эффективности выполнения делегированных этим объектам управленческих функций.

Внешние объекты социального контроля находятся вне социальных институтов и выступают в качестве источника социальных ресурсов, обеспечивающих их существование и развитие. Потребность в их социальном контроле обусловлена необходимостью обеспечения легитимного изъятия общественных ресурсов для функционирования социальных институтов.

По статусу взаимоотношений с субъектом социального контроля можно выделить три вида объектов:1) объекты, контролируемые социальными элитами, 2) административным аппаратом, или 3) социальными институтами.

Объекты, контролируемые социальными элитами, представлены объектами социального контроля, деятельность которых формируется под непосредственным влиянием социальных элит. Социальный контроль поведения этих объектов обусловлен индивидуальными потребностями членов социальных элит, в соответствии с которыми объекты контроля рассматриваются следующим образом:

а). элиты низших уровней административного управления как носители потребностей и интересов, олицетворяющие обособленные социальные институты, подконтрольная деятельность которых затрагивает интересы субъекта социального контроля;

б). административный аппарат как агент социального контроля, обеспечивающий деятельность социальных институтов, от эффективности и лояльности которого зависит социальное положение субъекта социального контроля;

в). экономические элиты как носители индивидуальных интересов и потребностей, обладающие собственными ресурсными, организационными и информационными возможностями, интересы которых приходится учитывать в процессе социального контроля;

г). этнические элиты как носители этнической организации, обладающие существенным весом и влиянием в обществе, но не имеющие достаточных ресурсных и организационных возможностей; сфера их деятельности может представлять для субъекта социального контроля потенциальную опасность;

д). общество как источник социальных ресурсов и первооснова для самоорганизации альтернативных социальных формирований, возникающих в процессе реализации индивидуальных интересов, представляющих потенциальную угрозу стабильности сложившихся социальных отношений.

Объекты, контролируемые административным аппаратом, представлены объектами, социальный контроль над которыми осуществляется в процессе выполнения административным аппаратом своих функциональных обязанностей. Социальный контроль этих объектов обусловлен содержанием тех функций социального управления, которые делегированы административному аппарату социальными элитами и в соответствии с которыми объекты социального контроля рассматриваются следующим образом:

а). социальные институты низших уровней управления как объекты социального контроля, осуществляющие обособленную деятельность, результаты которой потенциально могут дискредитировать административный аппарат в глазах социальной элиты, либо способны ущемить индивидуальные интересы представителей административного аппарата;

б). общество, поведение членов которого является внешним показателем эффективности работы административного аппарата, влияющим на оценку его деятельности социальной элитой высшего уровня управления.

Объекты, контролируемые социальными институтами представлены объектами социального контроля, которые вступают в социальные отношения с субъектами на внеличностном уровне. Социальный контроль этих объектов производится на основе формализованных правовых норм, обусловливающих правила их поведения, в соответствии с которыми они рассматриваются следующим образом:

а). экономические объекты как объекты социального контроля, чья деятельность регулируется общеобязательными нормами действующего законодательства;

б). общество, поведение членов которого определяется социальными потребностями и регулируется общеобязательными нормами действующего законодательства.

Многообразие применяемых методов социального контроля позволяет осуществить классификацию, основанную на различиях применяемых методов: а) объекты, контролируемые методами убеждения, б) методами принуждения и в) методами косвенного воздействия.

Первую категорию составляют объекты, которые особенно подвержены влиянию социальных иллюзий (например, общество, которое будучи отчужденным от механизмов удовлетворения индивидуальных потребностей и не обладающим всей полнотой информации, вынуждено принимать на веру социальные модели поведения), либо объекты, обладающие возможностью альтернативного поведения (например, члены административного аппарата, от которых требуется неукоснительное соблюдение корпоративной этики).

Ко второй группе относятся объекты, находящиеся в прямой зависимости от субъекта социального контроля (например, общество, в отношении которого применяется вся мощь аппарата социального принуждения (суды, пенитенциарные учреждения и др.), а также объекты, по отношению к которым субъект социального контроля обладает возможностью применения прямого принуждения (например, члены социальных элит, деятельность которых представляет угрозу стабильности сложившихся социальных отношений).

Третью группу составляют объекты, в отношении которых не могут быть применены методы прямого воздействия (например, экономические элиты, обладающие высокой степенью гарантированной законодательством самостоятельности), либо это объекты, прямое воздействие на которые связано со слишком значительными издержками субъектов социального контроля (например, этнические элиты, чье влияние на общество и стремление к власти делает слишком рискованным применение методов прямого воздействия).

Приведенная классификация иллюстрирует особенное свойство всех объектов социального контроля, которые не способны к прямому влиянию на субъект социального контроля согласно основополагающему принципу социальной организации: вектор социального управления всегда направлен от высших уровней социальной организации к низшим. Поэтому для характеристики деятельности объекта социального контроля в процессе социального управления более применимо понятие «социальная адаптация».

Мы можем говорить о существовании особенного (экзогенного) качества, присущего объектам социального контроля в процессе их социальных отношений с субъектами социального контроля. Его наличие позволяет говорить о возможности социально-философской классификации и научного анализа объектов социального контроля.


Соловьев С.Г. Муниципально-властные институты в местном самоуправлении Российской Федерации. – М.: Юридический Центр Пресс, 2003. – С. 15.

Перегудов С.П. Транснациональные корпорации на пути к корпоративному гражданству // Политические исследования. – 2004. – № 3. – С. 95.

Социальные элиты строят межличностные отношения на этнических принципах (деление на своих и чужих, обособление от общества и т. д.).

Предыдущая

Лекция 9. Социальный субъект. Роль данного понятия в теории массовой коммуникации. Типы социальных субъектов. Развитие МК и развитие социальных субъектов.

Социальный субъект – источник целенаправленной активности, индивид или группа индивидов, которая реализует самостоятельно выбранные программы действий, способствующие достижению самостоятельно выбранных и поставленных целей. В этом и состоит главное отличие субъектов – только субъект осуществляет целеполагающую деят-ть и определяет условия и средства ее достижения. При этом для достижения цели субъектом могут привлекаться другие индивиды или группы индивидов с отличными целями.

Социальный субъект обладает специфическими интересами и потребностями, которые, как правило, входят в противоречие с интересами других социальных групп. Субъекта, социальная инстанция, чью потребность удовлетворяет продукт данной деятельности. Для субъекта важнее всего его потребности, Но для того, чтобы их удовлетворять, он должен реализовать интерес, т.е. осуществлять тип деятельности, который необходим системе. Т.о. для субъекта интересы – средство удовлетворения его потребностей, а для системы удовлетворение потребностей субъекта – средство реализации его интересов.

Субъектами МК как таковой являются социальные группы, реализующие свои потребности, связанные с обеспечением условий собственного существования. Эти потребности связаны с необходимостью внесения в массовое сознание социальных установок, выраженных в их собственной идеологии. Исходя из этих потребностей, социальные группы заинтересованы производить массовую информацию.

Субъекты массово-коммуникативной деятельности не имеют цели всестороннего и полного информирования аудитории. Для них всегда на первом месте остаются их цели, и их потребность в прибыли или в особом отношении массовой аудитории.

В процессе осуществления массово-коммуникационной деятельности качество субъектов обретают:

Носители социальных интересов (их цели заключаются во влиянии на массовое сознание)

Владельцы отдельных СМК как субъекты реализации коммерческих интересов

Журналисты (коммуникаторы) как субъекты реализации творческих и профессиональных интересов

Массовая аудитория как совокупность субъектов, имеющих общую цель – получение информации для ориентации в среде существования.

Субъектами МК как вида социальной деятельности, как правило, выступают социальные группы, занимающиеся трансляцией духовных значений в массовое сознание. Каждый из участников данной деятельности также является субъектом, но субъектом другого деятельностного ряда. Любой субъект сам определяет свои цели и способы их реализации.

Существует два типа социальных субъектов – институциализированные (т.е. подкрепленные законодательством – несовершеннолетние, пенсионеры, студенты) и неинституциализированные (молодежь, пожилые люди) субъекты.

Основные соц. субъекты общества:

5) власть и граждане

6) работодатели и наемные работники

СУБЪЕКТ СОЦИАЛЬНЫЙ – представление о субъекте-субстанции как субстрате свойств и состояний. В античной философии имело преимущественно онтологическое содержание, а схоластическая полемика номинализма и реализма в Средние века придала ему преимущественно гносеологическое содержание, развитое и обогащенное философией Нового времени. Но понятие гносеологического субъекта выступает превращенной формой представлений о социальном субъекте. Так, свойственным созерцательному материализму 18 в. представлениям об органах чувств человека как клавишах, по которым ударяет природа, соответствовал взгляд на человека как изолированного чувствующего и ощущающего индивида (социальный атомизм, «робинзонада»), познавательные способности которого определены его биологической природой. Квинтэссенцией классического рационализма является представление о познавательной активности субъекта, изначально выступающее в онтологическом обличье: учении о первичных (т.е. присущих «самой природе») и вторичных (т.е. конституируемых органами чувств человека) качествах. Субстанциональное противопоставление субъекта объекту в рационалистическом дуализме Р. Декарта являлось необходимым шагом в поиске незыблемой основы достоверности человеческого знания. Учению об активности субъекта познания соответствовало представление о социальном субъекте – покорителе природы и социальном конструкторе, свойственное идеологии техногенной цивилизации. Критический анализ И. Кантом познавательных возможностей гносеологического субъекта, выявление надличных, общезначимых составляющих человеческого сознания (априорных форм чистого чувственного созерцания и форм конститутивной активности рассудка и разума) в социально-философском плане означал первую серьезную постановку философской проблемы основ человеческого взаимопонимания, интерсубъективности.

Постановка проблемы диалектики социального субъекта и исторических обстоятельств его деятельности в рамках идеалистической онтологии принадлежит Г.В.Ф. Гегелю. В основе развития всех социальных явлений, по Гегелю, лежит сверхперсональное сознание – абсолютный дух, задающий в процессе логического развертывания собственных определений нормативные образцы всех мыслимых форм человеческой деятельности. Народы выступают орудиями абсолютного духа, который «в многосторонней деятельности самих народов многосторонне пробует себя». Но в философии истории гегелевский абсолютный дух конкретизирован применительно к определенной культурно-географической среде как «дух народа», вынужденный извечно состязаться с косной материей. Там, где дух терпит поражение, нет развития. Неисторические народы, по Гегелю, не являются субъектом всемирной истории. Идея скольжения центра всемирной истории с Востока на Запад связана с представлениями о степени реализации человеческой свободы. Но идеалистическая онтология Гегеля накладывает жесткие ограничения на представления о диалектике исторических обстоятельств и целеполагающей деятельности человека: историческое развитие завершается с адекватным воплощением идеи государства в реальности.

В процессе разложения гегелевской школы множатся земные аналоги абсолютного духа, в качестве которых выступает не только «дух народа», но и «дух европейской культуры», «национальное сознание», «язык». В атмосфере общего антиметафизического настроения конца 19 века и осознания ценности индивидуального как методологической специфики «наук о культуре» представления о социальном субъекте в оппозиции к романтическим представлениям о страдающем бунтаре-одиночке выражают социальную природу человека. В отличие от антропологического материализма Л. Фейербаха социальная природа человека в рамках марксизма предстает не только как «продукт обстоятельств и воспитания», но и всей общественно-исторической практики, «совокупности всех общественных отношений». Осуществленное К. Марксом материалистическое «переворачивание Гегеля с головы на ноги», дополненное принципом классового подхода к анализу явлений общественной жизни в концепции материалистического понимания истории, полагало в качестве социального субъекта не идеальные мотивы выдающихся личностей или культурный дух нации, а исторически-конкретный класс как носителя определенных материальных интересов.

В социологии М. Вебера социальный субъект отождествлялся с субъектом социального действия, т.е. индивидуального осмысленного действия, ориентированного на другого. Для понимания социальных явлений необходимо реконструировать субъективные мотивы всех вовлеченных в него действующих лиц, в то время как представление о субъективной мотивации «коллективной персональности», по Веберу, социологически бессмысленно. Поствеберианцы полагали возможность постижения субъективной мотивации коллективов на пути построения высокосложной системы персональных идеальных типов.

Антропологический поворот в философии 20 в., означающий смещение фокуса интересов с теоретико-познавательной на социально-философскую проблематику как следствие масштабных общественных сдвигов под влиянием научно-технической революции, привнесло новые измерения в понятие социального субъекта. Процесс выравнивания имущественного и образовательного уровня классов и процесс становления среднего класса как результат использования высоких технологий и демократизации общественной жизни в 20 веке приводят к тому, что классический капитализм 19 века все более обретает черты массового общества. В результате подобных социальных трансформаций роль социального субъекта усматривают не в пролетариате, а в народных массах, вобравших в себя «прослойки» прежнего классового общества. Проведенное Ханной Арендт исследование тоталитарных и фашистских движений свидетельствует, что даже развитый индивидуализм и культурная утонченность не могут служить противоядием против растворения в массе. В определенных социальных условиях они не только не предотвращают, но даже и поощряют саморастворение в массе. Леворадикальным представлениям о возрастании роли народных масс в истории противостоит консервативно-романтическая критика «восстания масс» (Х. Ортега-и-Гассет) как причины упадка культуры и источника социальных катаклизмов.

Оперируя представлениями о социальных позициях и ролях, структурный функционализм (Т.Парсонс, Р. Мертон и др.) тяготеет к рассмотрению социального субъекта как производного от функционирования объективных социальных структур. Однако если в контексте критической полемики с экзистенциализмом и др. субъективистскими течениями социально-философской мысли тезис о «растворении» субъекта в социальных структурах был выражением пафоса объективности, попытки обнаружить устойчивое в изменчивом, то постмодернизм приписывает «смерти субъекта» значение утраты социального лица и творческой индивидуальности, «растворяя» его в тексте, дискурсе, бессознательном (Р. Барт, Ж.Деррида, Ж.Лакан, М.Фуко и др.). Постмодернистский субъект теряет персональные духовные очертания и самотождественность, сохраняя способность к пародийному цитированию, деконструкции и игре. Ускользающей реальности «децентрированного» субъекта, играющего смысловыми обломками прежних культурных целостностей, соответствует устоявшееся в современной социологии и политологии понятие актора. Оно выражает представление об усеченной персональности, склонной к «бегству от свободы» (Э.Фромм) и социальной ответственности, к перекладыванию бремени выбора на власть и элиту. Актор замещает социального субъекта в постмодернистской ситуации «смерти субъекта». Социальным фундаментом представлений о феномене «деперсонализации» («кризис идентичности») служит свойственный постиндустриальному обществу процесс размывания устойчивых социальных общностей как центров групповой идентификации. Место «класса на бумаге» (П. Бурдье) занимает множество временных, «летучих» социальных групп, подчас основанных лишь на авторитете культурного символа («неотрайбализм»).

Наряду с представлениями о «кризисе идентичности» и «смерти субъекта» весьма продуктивны современные попытки теоретического «встраивания» социальности в человеческую телесность, т.е. обращение к анализу телесных практик в истории культуры: механизмов власти, системы наказаний, форм сексуальности. К их числу относится политическая семиология Барта (представление об изначальной репрессивности знаков как отражении баланса власти), исследование пенитенциарных систем и сексуальности в Европе (Фуко), концепция цивилизации Н.Элиаса, основанная на изучении дворцовых ритуалов, этикета и образцов самоконтроля, понятие габитуса Бурдье как инкорпорированной социальности, воплощенной в образцах восприятия и символическом капитале и т.д. Подобные исследования инспирируют антропологический оптимизм «возрождения субъекта» в современной культуре.

H.M. Смирнова

Новая философская энциклопедия. В четырех томах. / Ин-т философии РАН. Научно-ред. совет: В.С. Степин, А.А. Гусейнов, Г.Ю. Семигин. М., Мысль, 2010, т. III, Н – С, с. 661-662.

Основной целью социальной политики является создание в обществе благоприятной социальной атмосферы, а также социального согласия и условий, что обеспечивают удовлетворение основных потребностей граждан. Государственную социальную политику можно рассматривать как основную деятельность страны, которая направлена на реализацию потребностей каждого человека, а также его прав на участие во всех сферах трудовой, социально-экономической, духовной жизни. Все вышеперечисленные сферы направлены на удовлетворение потребностей и интересов человека и социальных групп при регулярном учете социальных последствий политических, экономических и мировоззренческих трансформаций.

Предмет социальной политики государства

Определение 1

Социальная политика государства – это влияние органов управления государства на социальную общественную сферу, а также ее деятельность в целях удовлетворения потребностей всех граждан страны, поддержание оптимального уровня жизни, предоставление социальных услуг разных классам населения, реализация конституционных прав и социальных гарантий граждан, а также оказание социальной помощи малообеспеченным и нетрудоспособным слоям населения.

Предметом изучения социальной политики являются закономерности, свойства, содержательные отношения социума, которые устойчиво воспроизводят и выражают сущность, а также формы и процессы общественной практики, которые представлены в виде взаимодействия социальных классов касаемо их положения в обществе.

Основными целями социальной политики является формирование задач социального развития общества и создание комплекса мероприятий по их реализации. Общественные организации, государственные органы, органы регионального самоуправления и производственные коллективы осуществляют социальную политику, которая направлена на достижение социальных результатов и целей, что связаны с улучшением благосостояния граждан, улучшение качеством их жизнеобеспечения, а также обеспечением социально-экономической стабильности.

Объект социальной политики

Актуальность проблемы изучения определений объектов и субъектов социальной политики заключается в том, что на сегодняшний день существует множество вариантов их определения.

Определение 2

Объект социальной политики - это то, на что данная политика направлена. Несмотря на множество мнений квалифицированных экспертов по поводу описания социальной сферы, большинство из них сходится на том, что именно она является основным объектом социальной политики государства.

Уточняя более детально объект социальной политики, исследователи называют социальную сферу и большинство ее элементов: социальные отношения граждан (население, общество, различные социальные группы и классы, индивиды), а также условия жизнеобеспечения людей и их деятельности.

Также существует мнение, что объектами социальной политики являются воспроизводство социальных ресурсов, социальное развитие населения, социальная безопасность и достаточный уровень благосостояния, социальная структура и потенциал, удовлетворение человеческих потребностей, социальные действия, главные направления развития социума, система социальных неравенств и основные социальные проблемы, согласование интересов социальных общин и прочие элементы.

Рисунок 1. ОБъект социальной политики. Автор24 - интернет-биржа студенческих работ

Можно подытожить, что объектами социальной политики является практически все население государства. Основное внимание в данном случае уделяется социальной защите и поддержке малообеспеченным семьям, а также нуждающимся категориям граждан, которые оказались в сложной жизненной ситуации вследствие различных факторов.

Субъекты социальной политики

Субъектами управления социальной государственной политикой являются конкретные должностные лица и органы государственной власти и регионального самоуправления.

Наряду с государством субъектами социальной политики являются:

  • государственные учреждения и ведомства;
  • органы и структуры местного самоуправления;
  • внебюджетные организации и фонды;
  • религиозные, общественные, благотворительные и другие негосударственные учреждения и организации;
  • коммерческий бизнес и коммерческие структуры;
  • профессиональные работники, которые занимаются разработкой и реализацией социальной политики, а также добровольцы;
  • граждане, которые принимают участие в группах самопомощи и в гражданских инициативах.

Рисунок 2. Субъекты социальной политики. Автор24 - интернет-биржа студенческих работ

Главным субъектом социальной политики является социальное государство, которое должно обеспечивать следующие задачи:

  • достижение в гражданском обществе социальной справедливости;
  • минимизация социального неравенства;
  • предоставление каждому сотруднику рабочего места или иного источника доходов;
  • сохранение положительной атмосферы и мирного настроения в обществе;
  • формирование оптимальной и благоприятной жизненной среды для каждого человека.

Для реализации социальной политики существуют федеральные структуры исполнительной и законодательной власти. В соответствии с Конституцией Российской Федерации правом законодательной инициативы обладает государственное правительство, которое разрабатывает и вносит корректировки в законопроекты по социальной сфере.

Основными звеньями управления социальной политикой в Российской Федерации являются федеральные ведомства и министерства: Министерство социального развития и здравоохранения, Министерство здравоохранения, Министерство образования, Министерство культуры и прочее.

Основное место в разработке и осуществления социальной политики отводится субъектам Российской Федерации. Данные структуры имеют право на собственное законотворення. В различных регионах существуют специальные организации, которые отвечают за реализацию социальных программ и стандартов на государственном уровне.

Замечание 1

Показательным и ярким индикатором процесса реализации социальной политики в Российской Федерации выступает законодательство субъектов РФ по вопросам социальной защиты населения на региональном уровне. В условиям современного социально-экономического кризиса и снижения возможностей самообеспечения социальных субъектов основную роль составляют нормы, которые направлены на социальную поддержку и защиту малоимущих и слабозащищенных классов населения. Законодательная активность представительных органов субъектов Российской Федерации выражена в утверждении мероприятий адресной социальной помощи гражданам государства.


Государство - главный субъект социальной политики. Однако наряду с ним активную роль в социальной политике выполняют и иные субъекты.
Активно действующими субъектами (взаимодействующими сторонами) социальной политики редко являются социальные группы, социальные общности целиком. Даже во времена наивысшего подъема массовой социальной активности - когда история творится «на улицах» - только часть каждой из противоборствующих социальных групп или общностей выходит на митинги и демонстрации, сражается на баррикадах. И в демократически организованных выборах и референдумах реально участвуют и имеют право участвовать не все члены общества. Пожалуй, только для членов малых социальных общностей - таких, как небольшой трудовой коллектив, община, коммуна, население микрорайона и прочие - реально доступны формы прямой демократии (принятие решений «всем миром» - на общих собраниях, сходах) и участие всех без исключения в конкретных гражданских акциях.
На арене общественной жизни, где сталкиваются, противоборствуют, согласуются социальные интересы, обычно действуют не сами социальные группы, социальные общности (не первичные социальные субъекты), а субъекты-институты (вторичные субъекты).
Социальные субъекты-институты - это организационные структуры (организации, органы, движения), представляющие на деле или на словах интересы тех или иных элементов социальной структуры общества (первичных социальных субъектов) - социальных групп, социальных общностей.
Среди социальных субъектов-институтов следует различать:
а) институты-реальные представители (социальные силы);
б) институты-формальные представители (формальные субъекты);
в) государственные субъекты-институты;
г) негосударственные субъекты-институты. Типы субъектов-институтов: социальные силы и формальные субъекты
Социальные (социально-политические, политические) силы, или институты- реальные представители - это конкретно-исторические формы самоорганизации социальных групп и социальных общностей, которые позволяют им представлять (выражать и отстаивать) свои интересы во взаимодействиях с другими социальными субъектами.
Организационные структуры (организации, органы, движения) выступают как реально значимые социальные силы, если они: во-первых, выражают интересы определенной социальной группы адекватно по содержанию;
во-вторых, опираются на нее как на свою социальную базу (имеют в ней массовую активную поддержку) и в силу этого весомо отстаивают ее интересы в конкретных общественных взаимодействиях.
Адекватное и весомое в обществе представительство интересов социальной группы придает организационной структуре силу - делает ее реальным (влиятельным) субъектом социальной политики.
В отличие от реальных субъектов социальной политики формальные субъекты не имеют реального веса в социально-политической жизни общества, поскольку у них нет собственной достаточно широкой социальной базы - нет массовой поддержки в социальных группах, социальных общностях, на представительство интересов которых они претендуют. Такие субъекты-претенденты - довольно распространенное явление в демократическом обществе.
Наличие множества субъектов-претендентов закономерно для переходного общества, стремящегося перейти от тоталитаризма к демократии. Введение демократических норм, регулирующих общественную жизнь, дает в переходный период законную возможность для создания и деятельности самых разных общественных и политических организаций. Однако в переходном обществе процессам самоорганизации населения противодействует его прошлый опыт пассивного социального поведения. Самоосознание социально-групповых интересов и создание на этой базе собственных организаций происходит крайне неравномерно и медленно в сравнении с открывшимися возможностями и в сравнении с задачей становления реальной многосубъектности общества, гражданского общества. Наиболее активная часть населения забегает вперед - создает организации, основывает «движения», за которым часто никто не стоит, кроме тех нескольких (по большей мере - нескольких сотен) человек, которые ее основали.
Другая разновидность формальных социальных субъектов - декоративные (манипулируемые) субъекты-институты, которые являются инструментом проведения интересов иных социальных групп или общностей, нежели те, от имени которых или в интересах которых они якобы (на словах) выступают.
Реальными социальными силами могут выступать неустойчивые (эпизодические) общественные движения, в том числе стихийные выступления типа бунтов. Эти движения, как правило, так или иначе структурированы: в них функционируют как представители массы такие органы движений, как комитеты, советы, лидеры, вожди, вожаки и прочие
В демократическом (гражданском) обществе нормой является взаимодействие социальных сил в форме устойчивых общественных организаций и движений - политических партий, профессиональных союзов, союзов предпринимателей, других организаций и движений, образующихся для постоянного социального действия по защите социально-групповых или обшностных интересов (молодежные, женские, экологические, национальные и др. организации и движения). Организации и движения, а также социальные обшности формируют для взаимодействия с другими социальными субъектами представительные органы. В связи с этим расширяются возможности появления и функционирования формальных социальных субъектов. Реальная проблема демократического общества- как противостоять тенденции к фактическому отрыву конкретных органов, выступающих от имени профсоюза, партии, трудового коллектива, города, землячества и прочие, от организации или обшности, которую они должны
адекватно представлять. Это есть проблема противостояния тенденции к бюрократизации.
Свойство быть либо реальной социальной силой, либо формальным социальным субъектом в равной мере относится и к государственным властноуправленческим структурам, и к организационным структурам, не имеющим формально-юридического статуса государственных органов (государственных учреждений).

Публикации по теме